Остров АзерАиды [Азер и Аида. Сотвори себе остров| - Гюльшан Лятифхан

Когда пришло время возвращаться в город, я вытащила из бокового кармашка сумки свой подарок – магнитные шарики на серебряных цепочках. Они были упакованы в одну коробочку, и, хотя не были связаны ленточкой, мне стоило сил оторвать их друг от друга.

- Когда захочешь меня видеть, протяни в мою сторону свой шарик, и я приеду, притягиваемая своим таким же, - сказала я, глотая бессильные слѐзы.

- Я не расстанусь с ним никогда, - пообещал Азер, крепко сжав шарик в руке.

Глава 64

Самая счастливая в мире новобрачная накануне, я казалась себе самой несчастливой женщиной в мире, когда в аэропорту Бина наши родственники и знакомые, собравшиеся провожать Азера, оттеснили в сторону моего благоверного. Родственники обнимали и тискали его, в то время как я, его законная супруга, не имела даже права зарыдать на его груди, прощаясь с ним так надолго!

Немного побледневший Азер избегал взглядов в мою сторону, растерянно выслушивая последние напутствия и беспредметные разговоры прощальных минут. Когда он стоял уже у регистрационной стойки, я решительно подошла к нему и протянула ему большой, тщательно упакованный пакет со словами:

- Это тебе...

- Что это? – налетела на меня тѐтя Назлы. – У него и так перевес багажа, не надо его загружать ненужными вещами.

Все вопросительно воззрились на меня.

Я потупила глаза:

- Это одеяло из чистой верблюжьей шерсти, сшитое Азеру покойной бабушкой Ругиѐй. На нѐм даже есть его инициалы...

Азер торопливо подхватил пакет и с благодарностью произнѐс:

- Спасибо, Аида, этот подарок для меня бесценен.

- Пусть оно согревает тебя в холодные английские ночи! – осмелилась сказать я, чувствуя неодобрительные взгляды отца и мачехи.

Азер признательно сомкнул веки, а я отошла в сторону, стараясь скрыть подступившие к горлу слѐзы. Как объяснить всем провожающим, что мы только что поженились, и я боюсь не выдержать этой чудовищной разлуки? Как скрыть от них то, что произошло с нами, в то время как меня распирает от желания делиться с каждым встречным своим нечеловеческим, неземным счастьем?

Как объяснить моим кузинам, смачно и подробно пересказывающим барышням на выданье пикантные подробности «таинств» своих однообразно протекающих брачных ночей, что со мной произошло НЕЧТО НЕОБЫКНОВЕННОЕ? Как утаить от них то, что их рассказы о «страшной» боли от первой близости с мужчиной – это бред, и кроме радости и восторга, я ничего не ощутила? Да и кто из них, панически боявшихся инфекций, бактерий и простуд, поверит в то, что я после первой брачной ночи купалась в холодной морской воде в костюме Евы? Да знают ли они, проводящие медовые месяцы в пятизвѐздочных отелях в Арабских Эмиратах и на Канарских Островах о существовании ОСТPОВА АЗЕРАИДЫ и нашей пещере, которая помечена не банальными звѐздочками, а самой Луной?!

И никому из присутствующих было невдомѐк, что на берегу того самого Острова Азераиды, под открытым небом и на воде древнего Каспия, нас обвенчали, проводив на царственное ложе – покрытую шелковистым зеленым мхом таинственную пещеру, принявшую нас как своих истинных хозяев...

...Я напряжѐнно смотрела вслед удаляющемуся Азеру. Моѐ несчастное сердце разрывалось в груди. «Если последний взгляд он бросит не на меня, значит, позабудет!» - загадала я. Замедлив шаг, Азер остановился, печально помахав стайке родственников. На меня, стоявшую поодаль, он не взглянул. «Он забудет меня!» - ужаснулась я.

Тем временем, Азер уверенно шагал в сторону пограничного контроля. Вдруг у самого контрольного пункта он резко обернулся, медленно отстегнул ворот тенниски, вытащил висящий на груди кулон и приложил его к губам, мечтательно глядя в мою сторону. Моя рука инстинктивно потянулась к груди, которую украшал такой же магнитный шарик, но я вовремя опустила еѐ, услышав шѐпот Хадиджы:

- Что у него там, Коран?

- Наверное, он же верующий, - тихо ответила тѐтя Фатима...

Глава 65

Как мне не сойти с ума: вот уже неделю от Азера не было никакой весточки, хотя прежде он звонил если не каждый, то через день! По нашей договорѐнности, я звонить ему не должна была ни под каким предлогом, чтобы не вызывать подозрений моего отца, оплачивающего телефонные и коммунальные счета. По этой же причине я никогда не интересовалась номером его телефона, за что сейчас проклинала себя. Теряя разум, я не отрываясь, глядела на телефон, напевая слова популярной песни:

«Позвони мне, позвони!

Позвони мне, ради бога,

Через время протяни голос

Тихий и глубокий!

Без тебя проходят дни,

Что со мною, я не знаю,

Как хочу я слышать голос,

Как хочу я слышать голос,

Долгожданный голос твой!»

Я металась по квартире, то и дело, протягивая в сторону телефона цепочку с магнитным шариком, вызывая недоуменные взгляды флегматичной тѐти Лиды, однако заветный шарик не оказывал должного действия...

Привычно пропуская занятия, я, когда сидеть дома становилось совсем невмоготу, всѐ же отправлялась в университет, чтобы после каждой лекции позвонить домой и спросить с надеждой:

- Тѐть Лид, ко мне не звонили?

Сухая немка с тупым постоянством отвечала, что никаких звонков не поступало. После занятий я мчалась домой в надежде, что она встретит меня у порога с радостной для меня вестью, но тщетно: Азер не звонил...

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой покинутой. Моѐ богатое воображение рисовало попеременно страшные картины то измены Азера, то его гибели. Эти жуткие картины сменяли друг друга, как в калейдоскопе, и обрастали все более ужасными подробностями. Я потеряла аппетит и сон. Лѐжа на диване, я придумывала тысячи разных планов, как добраться до Англии, но все они были неосуществимы. А может быть, позвонить тѐте Назлы и узнать у неѐ, есть ли какие-нибудь новости от Азера? Но гордость не позволяла мне этого сделать. А вдруг я узнаю, что он звонит домой, пренебрегая мною? Надо чаще бывать у них... Нет, я так больше не вынесу…

Внезапно меня осенила счастливая мысль: возьму и перееду жить к дяде Гасану и тѐте Назлы! Эврика! Я буду касаться руками предметов, которые трогал Азер, сидеть на его стуле, читать его любимые томики, а может, если повезѐт, и спать на его кровати! Я всегда буду в курсе всех новостей, связанных с ним. Я буду дышать одним воздухом с его родителями и не замечу, как пройдѐт время разлуки. Как же я не додумалась до этого раньше! В